Как работается нашей милиции.
Любопытный (а 2-я часть поста) на уже не в первый раз мною цитированном сайте pravda-tv.ru. Иногда задаюсь вопросом, откуда у админов этого сайта столько информации на различные животрепещущие темы, часто не указывается источник. Причем посты выходят почти каждый день. Я удивляюсь потому, что сам веду сайт (этот 
) и знаю сколько это отбирает времени. Вы сами видите с какой регулярностью у меня выходят новые посты (щас правда почаще, я на праздниках засел и понаписал постов в загашник, теперь только публикую их). Вобщем такая мысль, как будто сайт финансируется, не знаю. Потом после серии постов про современное состояние производства пищи, сложилось мнение, что сайт из серии "маслоподливальных", я когда прочел их, было естественное желание пойти чтото сделать с этим невидимым врагом, который травит нас через продукты ежедневной необходимости. А сайт ведь пропускает через себя человек 500 в день, вот и почешешь свою репу с вопросом, манипулируют нами или все таки нет .
ps. Жалко Германа Стерлигова, умный человек, знает что делать. Взял и сделал. Но кое-кто ему всетки насовал палки в колеса, да? .
Мда … почитал сайтик, пипец там параноики статьи пишут … ужас!
Кто нить знает что с Vova0007 случилось? у него аватар в рутубе заменился на изуродованный и обновления не поступают … хакнули что ли?
чем больше узнаю тему, тем меньше охота называть все это паранойей
“Раскройте глаза” как говорится.
А с Вовой действительно чтото случилось, причем первый звонок был гдето 6-7 месяцев назад, когда он будучи уже популярным, без объяснений перед публикой взял и удалил все свои видео. Потом писал какой-то отвлеченный “текст”, и сейчас… Вообще странно, чтото у него там реально происходит, мне кажется на это стоит обратить пристальное внимание, так как это создает прецедент. Ведь по сути он стал настолько популярен, что его можно было уже называть отдельным весомым СМИ… И тут мы видим эти странные метаморфозы, толи ему “вправил” мозг дядя Сэм, толи случилось еще фиг знает чего. Слабо верится, что человек по собственной воле взял и так круто изменился, хотя не знаю, может он достиг своих неведомых высот в просветлении. Видно одно, что человек работал, доносил до людей важную информацию и тут бабах, это прекращается и вопрос ПОЧЕМУ встает довольно отчетливо
Да, Дэвида он больше не хочет переводить однозначно … а так хотелось узнать новости от Дэвида Уилкока …
На счёт параноиков я имел в виду то, что слишком как то бегло и негативно пишут … зная суть, что всё вокруг подделка можно в таком духе столько всякого накатать, хотелсь бы чего то более конструктивного …
pravda-tv.ru грохнули сайтик,так и не посмотрел,вы копировали если не сложжжжно
да… чтото не работает сайт который день подряд
Странно. Вот выкладываю из (там нажимайте на СОХРАНЕННЫЙ ВАРИАНТ, только второй части статьи в кеше почему то нет):
Милиционеры рассказывают о системе
По просьбе редакции семь сотрудников милиции (шестеро — на условиях анонимности) рассказали о том, что они думают о своей службе и как, на их взгляд, устроена жизнь работника внутренних дел.
Сергей В., капитан милиции, отдел вневедомственной охраны, стаж работы — 14 лет:
«На мой взгляд, у нас в милиции проблем очень много. Самая главная — с зарплатой. Потому что нереально жить на такие деньги честно, вот мы и крутимся как можем. Я сейчас работаю на «земле», а раньше служил в угрозыске и был поражен, когда впервые на «землю» попал. Ребята в моем подразделении заступают на смену с одной-единственной целью — заработать денег. Способов полно. Можно ограбить пьяного, можно остановить машину за ПДД, хотя, по идее, это только ГИБДД имеет право делать, можно подкинуть наркотики. А что вы хотите от людей? Они же получают за работу милиционера какие-то жалкие копейки. В среднем — десять тысяч без надбавки мэра. С надбавкой — двадцать две.
Я — сотрудник милиции. Я имею право делать все. Давайте я вам расскажу, как работают наши патрульные экипажи. Мы выезжаем в наряд на машине по трое человек. В нашем подчинении — вокзал. И каждый человек, который стоит и торгует дисками, каждый открытый ларек платит нам деньги. Ежедневно с каждой точки мы получаем от ста рублей до двух тысяч. А таких точек — до полусотни. У нас есть все телефоны торговцев. Ты подъехал — все, тебе принесли, и ты эту точку до следующего раза не трогаешь. Если на точке торгуют каждый день, мы ездим каждый день. Если реже — в зависимости от графика. Этой прибылью мы ни с кем не делимся. Она вся идет в экипаж. И деньги нам платят охотно, и руководству на нас никто не жалуется. А смысл им начальству жаловаться? Мы же с торговцами каждый день видимся.
Еще вот так деньги можно «снять» — едешь по улице, видишь, бьют кого-нибудь или обокрасть пытаются. Подъезжаешь, задерживаешь нарушителя и говоришь ему: «Или ты мне сейчас все свои деньги отдаешь, или я по рации про тебя в отделение передам». Он отдает. Ну и потерпевший, как правило, против такого расклада не возражает — ему лучше все на месте решить, чем у нас в отделении до ночи сидеть, показания давать.
У нас в отделе охраны служат нормальные ребята, у них свой дополнительный бизнес есть, и все в полном порядке. А есть парни, они из Подмосковья ездят, в три утра встают, чтобы на работу добраться, и их, конечно, только бабки волнуют. Мне повезло — я москвич. Но таких у нас в отделе хорошо если десять процентов.
С меня, с моего экипажа, требуют, чтобы за смену я доставлял в отделение трех-четырех человек за административные правонарушения. Где их брать — непонятно. Можно правонарушения в отделе купить. Приходишь в дежурную часть, даешь дежурному двести рублей, и он выписывает протокол, что якобы я кого-то с административным правонарушением доставил. А я, конечно, никого не доставил, но показатели с меня требуют.
Мы за отгул начальству тысячу рублей с носа платим. А у гаишников, например, не так. У меня много друзей в ГИБДД работают, так они рассказывают, что перед тем как на смену выходить, батальон в дежурку по две с половиной тысячи рублей с носа относит. Чтобы их коллеги, которые в дежурной части сидят и нарядами руководят, не ушли домой без денег. И так — каждый день.
Я никогда не брал денег на уличных преступлениях — только с торговых точек и с проституток, когда они по Садовому кольцу стояли. Это полтора года назад было. У моего экипажа в подчинении восемь б…дских точек было, и с каждого из сутенеров брали по восемьсот рублей в день. Каждый член экипажа после смены уносил домой до десяти тысяч рублей, потому что мы еще и с клиентов деньги снимали. Вот стоишь ты за углом с биноклем, смотришь: проститутка в чью-то машину садится. Ты едешь за их машиной, останавливаешь водителя, проверяешь документы. У проститутки, как правило, документов нет — значит, можно ее задержать. Водитель говорит: «Брат, я только что за нее шесть тысяч отдал!» А ты ему: «Ну плати половину от ее цены, а то в отделение проедем».
В 2000 году я в угрозыске работал. Наш тогдашний начальник вокруг себя такую команду сколотил, что мы ездили только по таким местам, где «тема» была, то есть денег срубить можно было. Еще долги выбивали: нам заимодавцы называли имена должников, мы у них долг выбивали, половину денег в отдел брали, половину — возвращали. Дела по долгам всегда в «пополаме» решают.
На самом деле я считаю, что народ должен знать, что происходит в милиции. И я уверен, что милиция не должна быть местом для решения денежных вопросов. Мы не звери, нас заставляют быть такими. Потому что другими мы этому государству не нужны».
Борис В., майор, управление милиции на Московском метрополитене, стаж работы — 14 лет:
«Очень грубо милиционеров, обитающих в метро, можно разделить на пэпээсников (патрульно-постовая служба), оперов (оперативники), уэсбэшников (управление собственной безопасности).
Многие пэпээсники кормятся за счет граждан. Прежде всего иногородних. Их Клондайк — привокзальные станции метро. Туда ставят только самых доверенных сотрудников — так называемых хороших: которые не будут жадничать и как следует поделятся с руководством. Чтобы попасть на толковую станцию, надо башлять процент командиру роты — он людей расставляет. В среднем заработок у ребят получается 3—5 тысяч в день — как повезет. На хлебных местах больше. А если какой-нибудь косяк запорол по службе или комроты «не порадовал», то тебя зашлют в такую дыру, где с “работой” полный глушняк. Но вообще многое зависит от везения и частоты «высоких» проверок («низовые» проверки бывают по нескольку раз в день, но они, по сути, формальность — смотрят только, чтобы сотрудник не был пьян).
Главная радость тех пэпээсников, которые хотят срубить денег, — убывающие граждане: они спешат, да и деньги у них при себе есть. Если поддатенький или без документов — вообще счастье. Цепляют такого, проверяют. Гражданин, как правило, сам показывает билет: у меня, мол, поезд. Это и есть самая большая ошибка — если билет не показывать, можно дешевле откупиться. А так его отводят в отделение, проводят досмотр вещей, смотрят, сколько наличности у клиента. И начинают крутить: мы тебя задерживаем для установления личности (если без документов) или до полного вытрезвления (если выпивши). Это все по закону, но человеку-то деваться некуда — у него поезд уходит. Стандартная цена вопроса — половина имеющихся в кармане денег. Иногда забирают все, понимая, что человеку некогда жаловаться — у него же билет пропадет. Однако так поступают редко, поскольку, если отобрать слишком много, появляется вероятность, что человек плюнет на свой паровоз и пойдет жаловаться.
Если все то же самое, но человек никуда не спешит, то тут три часа времени обойдутся гражданину в не самую значительную сумму — не больше тысячи. Но вообще — как договоришься, можно и соткой отделаться, поскольку хорошему милиционеру важно, чтобы человек ушел от него довольным.
Шанс, что нарвешься на честного пэпээсника, который отпустит просто так, есть, конечно. Но он невелик. Пэпээсниками ведь работают в основном иногородние или в лучшем случае из области — контингент там не приведи господи. Проверяли мы пару раз общаги, где они живут, — это просто кошмар, хуже притонов. Шлюх каких-то убогих к себе водят (непонятно даже, где такое отребье откапывают-то), бухают все время, даже поножовщина случалась. Такие, кстати, не гнушаются даже у людей по карманам шарить — у тех, кто на конечной в вагоне заснул. Его ведь, прежде чем разбудишь, можно и обчистить.
Трезвого человека с документами, который ничего не нарушил, задержать непросто. По закону вообще есть только один вариант — сказать, что он по приметам похож на фоторобот какого-то разыскиваемого преступника. В принципе, под эти приметы подходит пол-Москвы, но метод этот геморройный и редко используется, к тому же знают о нем только опытные сотрудники. Поэтому пэпээсники часто просто пользуются неграмотностью приезжих, которые своих прав не знают и при общении с сотрудниками милиции автоматически чувствуют себя жертвой, теряются.
Если милиционер видит, что перед ним грамотный человек, то наверняка отвяжется. Гражданину достаточно достать мобильник и набрать 02 со словами: «Я, имя, фамилия, меня на такой-то станции неправомерно задерживает ваш сотрудник». И все, у пэпээсника уже будут неприятности, поскольку звонки на 02 записываются и в обязательном порядке подлежат проверке. А уж вычислить, что это был за сотрудник (даже если он не представился) у нас в метро — раз плюнуть: все посты жестко распределены по точкам и по времени.
Кстати, территория нашей милиции ограничивается подземным пространством и пятачком, расположенным под козырьком входа в метро. Работать снаружи не принято — это считается беспределом и небезопасно. Там ведь чужая «земля» — залезешь туда, значит, совсем оборзел, тебе же хуже будет: тамошняя милиция тебя сдаст начальству, а оно уж по головке не погладит.
У оперов своя специфика: им надо раскрывать преступления. Что бы там ни трубили в прессе, на самом деле у нас по-прежнему сохраняется «палочная» система. Есть ли преступления, нет ли — будь добр раскрыть. Основной принцип — каждый месяц у тебя должно быть раскрыто не меньше, чем в предыдущий. Как правило, опер в месяц делает одну «палку». Если показатели не закрыты, руководитель подразделения получает на орехи и, соответственно, отгружает операм.
Понятно, что некоторые опера помимо «палок» еще и деньги делают. А какие в метро преступления? Львиная доля — карманные кражи. Однако настоящие карманники нехило отстегивают — их многие опера прекрасно знают в лицо, но трогать-то их нельзя. Примешь такого — он один звонок сделает, и тебе быстро объяснят, что негоже хороших людей задерживать. Если пойдешь на принцип, будут неприятности. Может даже оказаться, что ты со вчерашнего дня в органах не работаешь, так что карманника этого все равно придется отпустить.
Так что многие опера или ловят залетных (сдают незваных конкурентов, как правило, те же блатные карманники), или практикуют своеобразные подставы. Сидит, например, гражданин на станции и вдруг смотрит — рядом с ним мобильник или кошелек валяется. Он его поднимает, а тут соседка по скамейке ну верещать: «Держи вора!» Вроде как ее телефон. Тут же и свидетели образовываются, и милиция — все в сборе, все в курсе. Вот и идет такой терпила под статью — для «палки». Или домой идет — не бесплатно, конечно. Правда, такие трюки стараются проделывать в основном с лохами: таджиками всякими, хануриками или люмпенами — их прессануть проще. Им иногда даже просто так при досмотре кошелек в карман засовывают. А если мобильник поднимет нормально одетый товарищ, то, как правило, предпочитают не связываться (адвоката нормального наймет, да и мало ли какие у него друзья). Соседка просто скажет: «Отдайте, это мой» — и дело с концом.
Если ты кадровик, то можешь брать деньги за ускоренный перевод на другое место работы (порядка 20 тысяч рублей) и за досрочное — «за особые заслуги» — присвоение звания (2—3 тысячи долларов). Если проверяющий, можешь трясти оперов и пэпээсников за выявленные нарушения — по 500—1 000 р. за штуку.
Ну а если ты уэсбэшник, можешь доить самих милиционеров уже на другом уровне: мы для них то же, что таджики для нас. У уэсбэшников ведь тоже свои «палки» есть — им нужно за квартал столько-то ментов посадить. А некоторым еще и для себя денег заработать. Тут и реальные нарушения в ход идут, и подставы бывают — кто знает, что у тебя в сейфе может найтись.
Что касается начальства, то некоторые крышуют организованные группы — торгашей-лоточников, попрошаек-колясочников и щипачей-карманников. Соответственно, рядовые сотрудники к этим группам не лезут. Я как-то приехал с ежедневной проверкой на одну станцию — там несанкционированная торговля. Я тамошнему сотруднику говорю: «Придется на тебя нарушение оформить». А он мне отвечает, что ничего сделать не может, потому что этот развал с дисками лично такой-то начальник попросил не трогать.
Валентина Я., старший лейтенант, отделение дознания, стаж работы — 6 лет:
«Некоторые берут с граждан деньги за то, чтобы закрыть дело. Это дорогое удовольствие: дело можно закрыть, удалив все следы из базы, минимум за десять тысяч долларов. Вот недавно прикрыли кражу со взломом за восемьсот тысяч рублей. Деньги вроде бы поделили между своими людьми в ОВД и в прокуратуре. До нас деньги не доходят — ни дознаватель, ни опер дело развалить не может.
Если про так называемые палки говорить, то можно улучшить показатели по отделу еще вот таким способом: допустим, ловят гражданина на краже, приводят в отделение и вешают на него еще пять висяков по другим кражам. Суд, допустим, осуждает гражданина только по одному эпизоду кражи, которую он совершил, а по левым висякам — оправдывает. Но это при расчете показателей, сами понимаете, не учитывается.
У нас работает много хороших и честных ребят, но им грозят судом, рублем и жильем, и они вынуждены заниматься разными махинациями. Да, бывают упыри, которые черт-те что себе позволяют. Так, мой приятель видел, как один пэпээсник шарил по карманам у пьяного, который на обочине валялся. Бывает, что и у трупа по карманам шарят: чем неподвижнее объект, тем на самом деле проще.
Правда никому не нужна. В нашем ОВД нужны только сотрудники, на которых есть компромат, над которыми есть власть, которых можно унизить и запугать. А с меня что взять? Я взяток не беру, квартиру снимаю, компромата на меня нет, поскольку я под статью идти не готова. И да, я раньше на работу ходила как на праздник, сидела там сутками, а теперь иду на службу — как на эшафот.
Чем выше рядовой милиционер поднимается по служебной лестнице, тем сложнее ему оставаться честным: всегда найдутся старшие товарищи, которые наглядно объяснят, что лучше взять бабок и сделать, что нужно, чем спорить. А если он будет спорить, его легко притянут под статью — когда у человека по тридцать дел в месяц в производстве, суточные дежурства и бесконечное усиление, его легко на чем-нибудь подловить и впаять «халатность» или «превышение служебных полномочий».
Михаил Пашкин, председатель Координационного совета профсоюза сотрудников милиции Москвы, стаж — 20 лет:
«Мне уже терять нечего, поэтому вы мою фамилию можете смело указывать. Я не боюсь.
Вы видели 650-й приказ — тот, что про оценку деятельности органов внутренних дел, от 5 августа 2005 года? В нем вся наша проблема. Там сказано, что количество раскрытых преступлений должно все время расти.
вот еще
нас не милиция защищает, а мы от нее защищаемся
Письма президенту
Г-н президент, вы этого хотели? Конечно, нет. Виноваты ли вы? Безусловно, да. Упадет ли ваш рейтинг? Вероятно, даже поднимется. Вы появитесь на телеэкранах — строгое лицо, суровый голос. Скажете: “Чудовищное преступление!.. Ни ума, ни совести!..” И людям захочется сплотиться вокруг вас, прижаться (хотя бы к телевизору) — а куда денешься? всё равно другой защиты нету.
В вагоне метро человек — один (он стиснут толпой, но это не защитники, а такие же жертвы, если что случится). А дома у телевизора человек — с вами (видит, как вы всё делаете для его безопасности, как отдаёте приказы спецслужбам)…
Пока взрывают и стреляют на Кавказе, можно, конечно, считать, будто это их внутренние разборки. Но когда недавно рванули “Невский экспресс” — между двух русских столиц! — это был очень громкий сигнал: террор не побеждён и даже не заперт на Кавказе. Однако даже на случайный пожар в пермском клубе вы отреагировали резче, чем на спланированный подрыв главной железной дороги.
…Несправедливо было бы утверждать, будто вы один виноваты. Без слова “тандем” тут не обойдешься. Так что это письмо — к вам обоим.
Виноваты ли вы оба? Безусловно, да. Такие у вас спецслужбы, такая милиция. (Понятно, что это наши спецслужбы, наша милиция, но руководителей назначаете вы, и подчиняются они вам.)
Число милиционеров в московском метро постоянно росло. Когда-то и одного трудно было найти, а теперь ходят вчетвером, а то и впятером. Но вы (тандем) никогда не ездите в метро и, значит, никогда не видели их лиц. Они вызывают жалость, опасение, недоумение (маленькие, тощие, из одного гаишника можно трех таких сделать); они так странно держатся, будто впервые попали в большой город; где они росли? кто их учил и чему? Они останавливают плохо одетых людей с нерусскими лицами, но похоже, что они ищут не шахида, а сто рублей. А если снять с этих милиционеров форму и кобуру, надеть на них что-нибудь невзрачное, то ведь их самих немедленно остановят по тем же приметам.
Ваш тандем уже 10 лет известен тем, что всё решает силой. А что такое сила? Число бессильных это не сила, согласны? (Хотя смотря для чего. Для разгона хилых митингов — ещё годятся, для ловли террористов — нет.)
* * *
Ваша политика силы очень опасна для нас, граждан. Хотя бы просто потому, что каждого из вас двоих защищает минимум тысяча лучших бойцов, а на каждого из нас приходится одна сотая часть замухрышки. Вы в миллион раз лучше защищены, чем простой человек. Это слишком большая разница; она не даёт вам возможности понять, как живут там, внизу.
Вы назначаете президентов на Кавказ, они вам рапортуют и клянутся в верности, всё это показывают по телевизору, и возникает иллюзия, будто всё в порядке. Хотя иногда в Москву приезжают вооруженные группы с Кавказа и прямо на улице расстреливают своих знаменитых врагов. И тогда у жителей Кавказа, вероятно, возникает уверенность, что в Москве можно воевать. Если можно убивать депутатов и генералов, то…
Внизу жизнь иная. Внизу, на Кавказе, бедняки пошли в лес собирать черемшу, попали под бомбёжку и погибли. Нам сказали: по ошибке. Нам сказали, что с воздуха их приняли за боевиков и долбанули.
А потом нашли тела. А на телах раны от ножей. Таких ран осколки ракет, снарядов и мин не оставляют. А ножом с вертолёта не зарежешь.
Попробуйте объяснить кому-нибудь на Кавказе, почему “бомбить” нищих сборщиков черемши — можно, а в московском метро взрывать бедных работяг — нельзя.
Вы применяете силу тем бездумнее, что ответные действия вас с гарантией не коснутся.
* * *
Эта беда, вероятно, вернёт нас всех к реальности. А то провал на Олимпиаде стал казаться самым большим горем, национальным горем (только траур не объявляли). Заодно стало казаться, будто (после 20 лет кремлёвских усилий) наконец найдена наша национальная идея: СОЧИ.
Теперь провал спецслужб должен всех отрезвить. И хорошо бы эта трезвость наступила поскорее. Ибо вполне возможно, что это не конец и что всё могло быть гораздо хуже.
Взрывов два, синхронно: утро, столица, метро. Никак не спишешь на случайных безумцев, да никто и не пытался списать. По словам одного из руководителей спецслужб, это “хорошо спланированная террористическая атака”.
Объяснение важное. Мол, если бы террористы плохо спланировали, — ну, тогда мы бы предотвратили. А если хорошо — ну, тогда ничего не поделаешь.
Если атака спланирована “хорошо”, тогда неизбежен вопрос: зачем они решили минимизировать жертвы?
Это не может быть случайностью, что оба взрыва произошли на станциях, а не в тоннеле. Ведь смертницам всё равно, где умирать; их жизнь им не дорога и уже не нужна. Тогда почему не в тоннеле? На полном ходу скорее всего вагоны бы сошли с рельсов (два-три килограмма в тротиловом эквиваленте). Вагоны покорёжены, двери закрыты, жертв могло быть в сотни раз больше. А сколько погибло бы раненых и не раненых — ведь эвакуация превратилась бы в почти невыполнимую задачу. Все задохнулись бы в дыму и огне. И чинили бы месяц, выковыривая вагоны по кускам.
Но оба взрыва произошли в момент остановки, в момент открывания дверей. Чем это объяснить — не знаю. Но что это не случайность — совершенно ясно. И те, кто “хорошо планировал”, безусловно, всё это понимали. (То, что один из взрывов они устроили на “Лубянке”, — дополнительный привет ФСБ.)
* * *
Телевизор обязательно много раз покажет, как вы и премьер стискиваете зубы, катаете желваки на скулах — ваши чувства, ваш благородный гнев понятны, но…
Извините за субъективный и, возможно, несправедливый взгляд, но, похоже, что вы (оба) кажетесь себе молодцами — умными, опытными, лучшими. (А как иначе? Ведь если вы не лучшие, то должны были бы, движимые благородством, ради Родины уступить руководство тем, кто более достоин.) Вы — молодцы, а все неудачи — оттого, что ваши указания кто-то не выполнил. Вы же приказали замочить коррупцию, а она цветёт. Значит, какие-то черти не выполнили; ни ума ни совести. Вы приказали замочить террористов, а они вот — в московском метро. Просто потому, что кто-то не выполнил ваш приказ.
…Вам сейчас, может быть, не до телевидения, но не беспокойтесь: оно в порядке, работает. Всё утро шли обычные кулинарные программы. А вот когда террористы в Нью-Йорке атаковали небоскрёбы ВТЦ, наши телеканалы, отменив все передачи, несколько часов в прямом эфире гнали репортаж с места трагедии и включали студии, где, опять-таки в прямом эфире, лучшие политические аналитики комментировали и старались объяснить происходящее.
Да, по масштабу наша вчерашняя террористическая атака меньше, чем тогдашняя американская. Но она — наша. И, возможно, надо было показывать её сразу (хотя бы для того, чтобы все, кто может, остались бы дома, а кто не может — не совались бы в метро, усугубляя давку).
Теперь надо бы, может быть, сделать две вещи. Надолго перестать показывать по нашим телеканалам “документальные фильмы” о том, что это “власти США сами организовали террористическую атаку самолетов на башни-близнецы”. Так, во избежание ненужных ассоциаций.
А ещё, пожалуйста, прикажите вашим пропагандистам, чтобы прекратили говорить “лихие девяностые”. Помнится, кризис быстро отучил ваш тандем называть Россию “островком стабильности”. Теперь, когда у нас есть “Норд-Ост”, Беслан, взорванные самолеты и невские экспрессы, метро и бесчисленные майоры евсюковы, — выражение “лихие девяностые” звучит слишком глупо.
Да, нашел эти письма на сайте газеты МК … Но вы знаете, этим их не победить, этим они только становятся сильнее, такие письма и тексты только разжигают негодование в головах читателей, понижают их вибрации. Они вообще одним выстрелом валят двух зайцев сразу – взрывами пытаются запугать все население, дабы оно источало своими страхами низковибрационную пищу для них, а потом пускают в СМИ всякие подобные заголовки тексты и прочую писанину, чтобы запустить второй круг вырабатывания из населения низких вибраций уже на негодовании и гневе, мол гдеж мы все с вами живем, надо шото делоть. Так что в который раз повторюсь и повторю еще хоть 1000 раз если надо будет – их можно сопроводить в анналы истории только поднятием своих вибраций, только осведомленностью механикой процесса, только собственной работой над собой для обретения/усиления света изнутри.
Согласен, но что-то мне подсказывает, что вибрации которыми их можно растормошить должны быть термоядерными имхо.
Возможно, главное таких потом споймать в “сачок” перед самой пропастью